На фото вы видите табличку в реально существующем туалете реально существующей компании. Текст на ней гласит: «Сотрудники должны прекратить плакать, прежде чем вернуться к работе». 

Такое правильное, но при этом холодное и жесткое, как кусок стекла, распоряжение. 

Но увидев эту картинку, я вспомнила свои собственные «рабочие» слезы. И поняла, что всякий раз, когда я плакала на работе, это было связано непосредственно с работой и людьми. То есть на самом деле вина, конечно, была моя. Точнее — отсутствие той самой пресловутой стрессоустойчивости. Я никогда не была толстокожей, уверенной в себе девицей, которой сам черт не страшен. Я реагировала на несправедливость, хамство и агрессию единственным доступным мне способом — убегала реветь. Потому что ответить не могла, не имела опыта, и вообще не знала, что так можно. Да, на самом деле, отвечать начальству можно и нужно. Впоследствии я неоднократно видела, как дают отпор другие люди, но сама на это была неспособна. Поэтому вот вам несколько случаев из моей жизни.

Первый мой начальник был в общем-то ничего. Владелец охранного агентства, к которому я пришла работать секретаршей. Как-то раз к нему кто-то пришел, они закрылись в кабинете босса, потом шеф вышел и швырнув какие-то бумаги на стол, сказал: «Сделай кофе». Перед этим он три дня меня дрючил, как надо правильно обращаться с его невзъебенной кофемашиной, поэтому у меня не было и тени сомнения, что просит он именно кофе. На самом деле у него, похоже, было что-то с дикцией (ну или у меня — со слухом). Потому что когда я, совершив все необходимые танцы с бубном вокруг адской кофемашины, медленно вплыла в кабинет с двумя одинаково шедевральными чашками кофе на подносе, он произнес ровным тоном (от которого, между прочим, можно было сразу удавиться): «Евгения Игоревна, кофе я не просил. Где копии?» И скроил такое лицо, что я (впрочем, вполне заслуженно) почувствовала себя реально ущербной. Это были мои первые слезы на работе.

На работе в казино питбосс накричал на меня из-за того, что шарик на рулетке попал в число, на котором стояла высокая ставка. К нам в казино постоянно наведывался один клиент, которому патологически везло. Нас страшно дрючили за каждый его выигрыш. В тот раз я ревела в туалете так, что долго не могла перестать всхлипывать, даже когда мне уже самой надоело плакать. Кажется, в ту ночь я начала курить — девчонки сказали, что это точно поможет успокоиться.

Когда я работала в боулинге, пьяный клиент что-то пытался мне доказать и дошел до оскорблений, потому что я не могла нарушить правила, установленные начальством (кругом были видеокамеры, да и программное обеспечение бдительно следило, чтобы ни одна дополнительная минута игры не прошла без учета и оплаты). Понимая, что я не могу ему ничего объяснить, я просто развернулась и убежала в курилку для сотрудников. Благо меня прикрыли коллеги и к моменту моего возвращения буйный клиентвсегдаправ уже убрался восвояси.

Работа в Сбербанке разочаровала меня больше всего. Я так стремилась туда попасть, прошла кучу собеседований разного уровня и думала, что наконец попала на работу своей мечты. Но увидев изнутри этот серпентарий, быстро разочаровалась. Балльно-штрафная система была встроена виртуозно: у сотрудника не было шансов получить свою зарплату без боя и унижений. Но больше всего меня порадовал период адаптации. Знаете, эти первые дни, когда ты еще не знаешь, кого и как зовут, где взять степлер и где находится нофелет (читай: туалет)? Я спросила своего непосредственного начальника, где мне получить логин для входа в компьютер (это же Сбербанк, там все засекречено до усрачки). И этот начальник с таким презрением изрыгнул слова «Сто семь» в мою сторону, что уточнять их смысл я не стала. Убежала в свою кладовку без окон (гордо называющуюся кабинетом), хлюпая носом, попробовала ввести 107 в качестве логина, потерпела неудачу. Долго сидела тихо, как мышь, боясь привлечь к себе внимание. Позже я узнала, что 107 — это номер внутренней связи, по которому я должна была дозвониться программистам и решить проблему.

Мои старшие дети до сих пор помнят это «СТО СЕМЬ!» (конечно же, я в тот же день весьма эмоционально поделилась с ними своей обидой)— это у нас стало кодовым обозначением тупых начальников и учителей.

Похоже, такие случаи я могу вспоминать бесконечно. Мест работы я сменила предостаточно, до хрена раз плакала на работе. И дело не в том, что я такая фарфоровая няша (ну да, возможно, и в этом тоже). Очень большую роль тут сыграло хамство клиентов и, в большей степени, начальников. Почему-то у нас в стране считается нормальным относиться к младшему персоналу с раздражением, с презрением и даже с агрессией. Как будто ты получил в собственность кучку рабов. Как будто без хамства никто не заметит, что ты тут главный.

Чтобы вы не подумали, что я из серии вечно обиженных нытиков, должна сказать, что хорошие начальники в моей жизни были. Целых три. Надюша, с которой я работала в компьютерном клубе. Геннадий Васильевич, главврач больницы, который во многом помогал мне даже после того, как я ушла от него. И, конечно же, Сан Саныч — самый лучший в мире босс, судмедэксперт, взявший меня на работу после того, как на собеседовании на вопрос: «Алкоголь употребляешь?» я честно ответила «да» — но это история, достойная отдельного поста

А сегодня я счастлива, что мне больше никогда не придется плакать на работе. Просто потому что я не собираюсь возвращаться на работу. «Нормальная работа» больше не для меня. Сегодня у меня в голове не укладывается, как я могла каждый день продавать себя и свою жизнь с утра до вечера за какие-то 15 тысяч рублей в месяц.

Я ни в коем случае не хочу обидеть тех, кто сейчас работает «на дядю», наоборот, я против этого дурацкого стереотипа что наемная работа априори зло. Для очень многих людей она является лучшим решением. Один из несомненных плюсов работы — ты выходишь из офиса в пять (или шесть, или семь), и у тебя не болит голова. Ты не думаешь, как привлечь новых клиентов, как повысить средний чек, и что делать если в этом месяце ты вообще ни хрена не заработал. Наверное, моя натура просто требует приключений, поэтому я выбрала самостоятельное плавание. И пока мне везет с попутным ветром и пассажирами, а карта сокровищ постоянно открывает новые и новые неизведанные пункты назначения.

Я ни в коем случае не хочу обидеть тех, кто сейчас работает «на дядю», наоборот, я против этого дурацкого стереотипа что наемная работа априори зло. Для очень многих людей она является лучшим решением. Один из несомненных плюсов работы — ты выходишь из офиса в пять (или шесть, или семь), и у тебя не болит голова. Ты не думаешь, как привлечь новых клиентов, как повысить средний чек, и что делать если в этом месяце ты вообще ни хрена не заработал. 

Когда ты работаешь на себя — у тебя много проблем, много поводов для расстройства (продающий вебинар ничего не продал, просочился токсичный клиент, которого пришлось «уволить» или ты просто загоняешь себя так, что не забываешь, как выглядят дети и муж). Но всякий раз я знаю, что это мой косяк, и понимаю, что в моих силах поправить ситуацию. На меня никто не орет «ни за что». И уж тем более никто не может самоутверждаться за мой счет. Ну и зарплата. Нет никакого оклада, а значит нет ни нижней, ни верхней границы дохода — это и хорошо, и плохо одновременно. Но в большей степени все-таки хорошо. 

Потому что каждый раз, когда дзынькает смс-ка о поступлении денег, я знаю, что эти деньги заплатили именно мне. За то, что я такая, какая есть, за то, что человек выбрал меня, как специалиста, как мотиватора, как наставника. А не просто потому что бухгалтерия автоматом что-то там начислила.

Наверное, моя натура требует приключений, поэтому я выбрала самостоятельное плавание, со всеми его подводными рифами и непредсказуемой погодой. И пока мне везет с попутным ветром и пассажирами, а карта сокровищ постоянно открывает новые и новые неизведанные пункты назначения.

Поделись удобным для тебя способом: